Вовик старался как можно тише вскрыть замок этой крепости... Точнее открыть входную дверь дома его, Вовика, семьи. Ключи предательски дребезжали и Вовик только больше нервничал, старясь не привлекать внимания. Замок поддался, ведь ключ был оригинальным, дверь отворилась и Вовик старался войти как можно бесшумнее и по-возможности прокрасться в свои, его, Вовика покои. И получилось. Вовик превратил всего себя в пластилин, что перетекает, а не ударяет. Словно заправский танцор он перекладывал с пяточки на носок свой не малый даже по местным мерка вес. Затворил дверь, тяжело дыша и слабо веря в удачу упал на его вовий диванчик. Диванчик предательски скрипнул и из-за трех перегородок Вовик услышал "Эх... Ну наконец-то вернусля!" В комнату вошла маменька, совсем бесцеремонно, не соблюдая дворового этикету. "Что это значит? Где ты был, Володя?! Я все глаза проплакала! Почему ты меня не щадишь?!" Мать зарыдала и присела на край дивана. Барон Владимер поднялся, накинул торжественно мятую вонючую потом и ссаками простыню и декламировал следующее: Я, маменька, есть Альфа и Омега. Соль земли сей. Меня приняли в Орден. Теперь я защитник Орадреона и мой меч, а с теми словами Вовик вынул кусок полипропиленовой трубки, которую облепили паралоном и приделали нечто похожее на рукоять, сказал... Я, последний из высших намертво буду стоять покуда руки мои не утонут в крови врагов! Вовик махнул нелепым мягким мечом для ролевых игр и разбил последюю лампочку. "...Вот же дурак!" - В сердцах подумала маменька и ушла искать для Вовика снотворное. Комнатный рыцарь еще помахал легкой палкой и в триумфе своем успокоился. Пышные сисы его задышали мерно на холостых. Вовик сопел и видел чудесный сон про драконов, рыцарей, орков и эльфов, про то как он на белом коне скачет в передовом отряде в самое сердце битвы, которая слишком сладостна, чтобы когда-нибудь кончиться... Этот лязг мечей, крики поверженных врагов, эта тупая ослепляющая боль ран! Это боевой клич друзей, топот копыт и визги стрел! Этот... Понос?.. Вовик вскочил и побежал скорее срать. Вовик срал, срал, мучительно больно срал и не мог никак прекратить. Трижды Вовик пытался уйти, но ужас Диареи его возвращал. И Вовик срал еще. И еще. Жидко, жгуче, больно. Растерявши все силы и потратив кучу времени, Вовик вышел наконец из ватер-клозета. "Ну нахуй ваше фентези гребаное" - подумал Вовик, "Лучше в Мафию пойду, пусть меня научат". Где-то в Ростове завыли собаки, почуявшие отсутствие своего Кинамана.